#неслабо
У меня разговор пойдет о Еве с Лазаркой. Не так художественно, как можно было бы, но почему нет?
Не бить. Много чего не учитывается, потому что. Что. Что?
Это бы началось с зависимости по другим. Зависимость Евы высокая, хищная, разукрашенная под мертвого. Зависимость Лазаря тоже высокая, но мягка и огненна. Обе зависимости должны чем-то подпитываться, но в какой-то момент они пропадают. Все к этому вело, всему это было объяснение. Для каждой из них - нет. Есть те, кто кончает с жизнью от одиночества. Но они и не одиноки. Вроде. Просто ломка от того, что зависимости рядом нет. Они угадывают в пустых глазах друг у друга эту ломку. Похож. Нет слишком душевных разговоров, как нет и понятного молчания. Не говорят напрямую, а стараются утешать. Лазарь оставляет Еве светящиеся витражи из разбитой лупы, которые бы были ей указателем против слепоты. И с тем, как она подпитывает витражи своей способностью, она же подпитывается и от Евы. И вот, зависимости меняют свои полюса на девичью нежную любовь.

#неслабо. Кейдж и Иштар

Пейринг, замешанный на жалости.
Сперва она раздражает. Красивая, очаровательная, вся такая фарфоровая, себе на уме и настоящая сплетница. Как большинство львов, но раздражает она больше всех прочих. Доморощенная принцесса. Снежная королева печального образа. Оборачиваешься на неё, вливающуюся в чей-то разговор в классе, и за желанием понравиться людям и переспать с половиной приюта в ней не видно ничего.

Когда смотришь, как воспитатель представляет её в начале года, а она стоит, спинка-по-струнке, юбка-к-коленкам, почти хочется спросить "где ты?", потому что судя по взгляду - где-то явно не здесь. Улыбается какой-то странной соблазнительной улыбкой - и напоминает Сив, только обаяния ей явно недостаёт. Остальные почему-то думают иначе. Даже Эдди-крысолов выглядит обаятельнее.

Людей, копающихся в грязном белье, не любит никто, кроме себе подобных. Иштар хочет сидеть на двух стульях одновременно - нравиться людям и копаться в белье. Противоречивые желания. Получается не очень.
Она запускает руки в грязное бельё Кейджа как будто в порядке очереди. Там не много, но это мерзко и бесит. Иштар додумывает одной себе известные подробности, смотрит на мир холодно и насмешливо. Её можно зажать за это в тёмном углу, но Кейдж точно не тот, кто будет так делать.
- А знаешь, ходят слухи, что Кейдж с Джо... - звучит, пока слух не улёгся.
"Боже мой..." - и незаметно закатывает глаза.
Снежная королева. Почётный член террариума.

Рано или поздно все вляпываются в свои страхи. Иштар не боится быть зажатой в углу каким-нибудь идиотом, зато боится потерять кого-нибудь дорогого. Почти все боятся. Этого никогда не увидишь, когда смотришь на человека в классе, в перерыве между алгеброй и биологией. Потому что люди об этом не думают. Подобные страхи приходят неожиданно, и потому они так разрушительны.

Иштар теряет кого-то дорогого в приюте, и страх надкусывает её со стороны.  Цветок увядает на глазах, Иштар потихоньку меняется. Удивительно, но это наконец-то делает её человечной. Стресс копится и выплёскивается нестабильностью в ещё неприрученных способностях. Нестабильность приводит к использованию блокаторов, на блокаторы начинается паршивая реакция, когда их действие заканчивается - всё начинается снова по кругу. Всё вместе приводит на больничную койку. Бессознательную после очередного всплеска.

Привет, очередная порция блокаторов.

За Иштар в медкабинете приглядывают Львы, заходит кто-то из администрации и из Сов. Забегают ненадолго, убеждаются, что её не пришла в себя, и уходят. Кого-то дорогого, чтобы сидеть рядом часами, больше нет. Кейдж приходит просто потому что, и сидит часами вместо него.

Говорят, если человек приходит во сне и отпускает тебя, становится легче. Кейдж слышал это от кого-то когда-то давно. Кейдж не Арлин, он не умеет призывать духов. И не живой мобильный телефон чтобы связаться с человеком, где бы он ни был. Если он всё-таки жив. У Кейджа есть иллюзии, и это всё, что он может ей дать. Иллюзии проникают внутрь как сон, и оставляют свой шлейф спокойствия. Он понятия не имеет, как это сработает. Кейдж сидит с ней один вечер, и просидит ещё несколько, если потребуется. Глупая надменная девочка.

#неслабо
ненавижу рандом... почему я такой невезучий?!

Чарли и Рэйнард.
Это нереально. Такое не могло произойти. Что-то пошло не так. Они ненавидят друг друга лютой ненавистью, но не могут жить друг без друга. Чтоб не прошло и дня, чтобы они друг с другом не сцепились или не подгадили друг другу. Сами того не осознавая, они нуждаются в друг друге. А потеряв друг друга, уже не смогут найти замены. Вот такая вот платоническая любовь, основанная на ненависти.

#неслабо. и ещё раз. Кейдж и Эбигейл

Эбигейл агрессивная, взбалмошная, похожа на пацанку, проблемный ребёнок; говорит громко и не к месту покрывает матом всё, что видит - хочется руку к лицу приложить, это смешно и нелепо. Но ещё почему-то мило. В каком-то смысле Кейдж влюбляется сразу, как видит.
Вот в эту угловатость, неровные пальцы, мальчишескую одежду, браслеты, кучу дырок от пирсинга и резкие движения, от которых у неё развевается тонкая куртка. Эбигейл - ходячий неоновый привет из закоулков Нью-Йорка.

В нормальных парах парень играет на гитаре, а девушка с восторгом слушает, сидя в его комнате. Они не пара, поэтому Эбигейл играет на гитаре, а Кейдж ругает по радио песню Radiohead, потому что ей это не нравится. Она ломает ему за это нос в приютском коридоре. Ладно, больше он так не будет. [будет]
В одной комнате они вообще не оказываются.

Она смотрит по сторонам, и никогда на него. Он - иногда на неё.
Она носится по всему приюту с неоновым фонариком, иногда сбивает людей с ног, и понятия не имеет, что кому-то нравится. Кейдж не собирается её просвещать - в конце концов, это всего лишь "нравится", не требующее ничего больше.

#неслабо. Эндрю и Рен
мне кажется или я правда не могу без оос? потому что им тут так мило попахивает, как по мне
а ещё чет текста многовато ._.

Рен притягивает — внешностью, характером, "аурой" — Эндрю не знает, не может понять, чем именно, но, черт, он делает это и сам же прекрасно это понимает.
У него милая улыбка и мягкий голос, а ещё этот взгляд миндалевых глаз... Энди смотрит на него, потому что он красивый, да. Но ничего не чувствует в груди — Хаутер просто красивый.

Щ-щелк! Эндрю держит прямоугольник фотографии двумя руками, медленно скользит пальцами по самому краю и наблюдает, как изображение потихоньку проявляется. У Рена волосы заплетены в косы, а в ушах блестит бижутерия, и солнечные блики так удачно падают на парня, и Филпсу кажется, что это очень хорошая фотография. [А после признается, что из-за Львиного Лидера.]

Они, конечно же, общаются. Косо, быстро, несколькими фразами, что лишь повисают в воздухе, когда кто-то один скрывается за поворотом, ведь куда-то спешит. Эндрю приятны эти псевдо-разговоры, длящиеся кроткие минуты.
И он приятно удивляется, когда разговор неожиданно затягивается на ещё минуту, и ещё, и время идёт, но Рен до сих стоит напротив него и не собирается уходить. Энди хочется сфотографировать его сейчас — с этой улыбкой и этими на секунду прикрытыми глазами. Он смотрит, секунду-вторую-третью, а после не выдерживает и всё-таки просит. [И получает разрешение в ответ.]

Со временем фотографий становится всё больше и больше, и Эндрю выделяет отдельное местечко для них, тех самых, с Реном. Хотя часть из них незаметно перебирается в личный дневник, вместе с необъятным текстом о разговорах и проведённых рядом минутах, в "специальной" коробочке их всё равно остаётся предостаточно, чтобы начать шантаж или что-то подобное.
И со временем они начинают общаться всё больше и больше, и время незаметно летит, сменяя яркие солнечные дни и бессонные звёздные ночи.

Они пьют чай из запрятанной Энди банки, зелёный, натуральный, из засушенных листьев; пьют и сидят на подоконнике, выглядывают в открытое окно, следят за мерцающими точками на небе. Филпс ещё следит за Реном, но косо, быстро, кидая мимолётные взгляды.
— Ты правда "космос", — неожиданно говорит Хаутер, и Эндрю неловко улыбается. У него краснеют уши, и щеки покрываются красными пятнами, скрывают веснушки. Он прячется за своей кружкой с почти допитым напитком, смотрит в сторону, в ночную тьму, смешанную с лунным светом, и словно правда видит, как у Рена в этот момент красиво изогнуты губы в улыбке. [А ещё слишком отчетливо ощущает взгляд на себе.]

Но однажды у Хаутера начинаются неизвестные проблемы, и Эндрю замечает это сразу. Рен начинает раздражаться ещё быстрее, чем это делал раньше, и говорит много-много всего, что только придёт в голову, и Энди, конечно же, тоже получает свою порцию "яда" — свою личную, ёмкую, а ещё почему-то бесцветную и безвкусную. Он знает, что этот яд начнёт действовать уже внутри, но когда-то, позже, в самый неожиданный момент, начнёт разъедать внутренности, мышцы, кости, весь его организм. Филпс не может сказать, начал ли яд уже действовать или нет. [Наверное, да, потому что в груди вдруг начинает появляться дыра.]

"Яд" медленно ползёт по венам и артериям, гуще крови, скатывающийся в тромбы, и Эндрю чувствует это слишком отчетливо.
Проблемы не проходят, но Рен одним вечером вдруг поворачивается лицом к нему, смотрит долгие секунды и начинает говорить. Энди откладывает книгу в сторону, перебирается на соседнюю кровать и слушает-слушает-слушает, даже когда организм, привыкший к определённому личному расписанию, напоминает о сне и изнеможении за день. Но он всё равно засыпает, неловко прислонившись к плечу Хаутера.

А следующим утром обнаруживает себя на той же постели и с одеялом до подбородка и Рена сбоку. Эндрю смотрит на его умиротворенное лицо, на слабо подрагивающие во сне густые ресницы, на светло-каштановые волосы с запутавшимися в них едва уловимыми лучиками восходящего солнца, на едва-едва приоткрытые тонкие губы. Замечает несколько веснушек на самом кончике носа, улыбается и прячет лицо в крае одеяла.

В груди тянет, тягуче и медленно, словно издеваясь, словно в пытках. В груди тепло, словно там зажглось солнце, и приятно. А ещё щекотно, словно цветами водят.
Эндрю снова выглядывает из-под одеяла, но теперь натыкается на ещё совсем сонный взгляд напротив, отчего румянец в очередной раз вспыхивает на лице. Рен улыбается ему едва-едва, закрывая глаза и сдерживая зевок, а он улыбается в ответ. Улыбается и думает, что, кажется, он совсем немного влюбился.

Отредактировано Andrew Philipps (26.09.17 21:05:13)

#неслабо хотя, вообще-то, слабовато

Джесс Лиддел и Ева.

Ева знает больничное крыло как свои пять пальцев.
Сначала ты появляешься в нем изредка и по мелочи, затем чаще, однажды ты остаёшься в нем на ночь, а потом ходишь туда как к себе домой – кажется, это все, что нужно знать об адаптации в Шайенне. Рано или поздно у тебя появляется ощущение, что разрушают не рейды и не инфекции, затаившиеся в пресных коридорах зданий – разрушает сам приют.

Джесси успешно проходит инициацию – кажется, его кашель слышно на протяжении всего длинного пустого коридора, соединяющего столовую и лазарет. Первую неделю Ева не обращает на это внимания, вторую – расспрашивает врача, и только на третьей ей хватает храбрости отодвинуть белую штору, отделяющую кровати от приемной.

Джесс хмурится и прикрывает глаза, делая вид, что спит. На тумбочке у его койки куча учебников и рабочих тетрадей, сложенных аккуратной стопой. Ева открывает первую попавшуюся и царапает печатные неловкие буковки левой рукой – правая у неё сломана.

«Я знаю, что ты не хочешь ? не можешь говорить, но может ты хочешь написать?»

Джесс хватается за тетрадь сразу же, как она уходит, просит у врача ножницы для бинтов и аккуратно вырезает запятнанный лист.

Записки Евы скомканные и не всегда понятные – Джесс же старается писать аккуратно, по несколько раз проговаривая предложения про себя. Когда Ева ставит пятна или перебарщивает с запятыми, Джесси это немного раздражает, но ещё больше его раздражает, когда Ева не пишет вовсе.

Обычно она задаёт кучу вопросов, над которыми Лиддел думает целый день.

«Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?»
«Какая твоя любимая музыкальная группа?»
«Хочешь, я принесу тебе кусок тыквенного пирога завтра вечером?»

А когда он даёт ей книги, то специально выделяет самые любимые моменты карандашом.

Джесс любит наблюдать. Как только ему позволяют прогуляться по территории, Ева приводит его на какую-то вечеринку – по честности говоря, Джесси ещё не бывал на вечеринках и ему бы больше хотелось говорить с Евой о книгах и кино, но она так радуется, когда в компании, и он еще долго смотрит, как ребята обсуждают баскетбол, как пялятся друг на друга раздевающими взглядами, как под конец вечера некоторых полощет в кусты и как Еве тяжело оставаться доброй.

И он расстраивается из-за всех них сразу.

#неслабо ЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫЫ
Шелли х Трой
Трой Джордан - популярный гетеросексуальный мужчина, который в прямом смысле слова ГОРЯЧ. Разве это не причина хоть как-то повлиять на ход истории? В любом случае, здесь убиваются два зайца: Змей идёт нахуй и змЕЙ ИДЁТ ПРЯМИКОМ НАХУЙ а ещё трой слишком милый. Третьего тут не было дано. К тому же, Шелли нравилось надоедать людям, особенно лидерам. Паразитируя на чём-то, та легко могла вывести из себя, довести до белого каления и просто смачно проверить слух благодаря ору людей.

Но он... Не был таким. Его не привлекали такие заводные. Не привлекал шантаж. Не привлекала задорность. Только подтянутое тело, а ещё шакалы. "Ну и пидор он!" - вот что хотелось сказать Лоусон, но та вовремя сдержалась, очередной раз встречаясь с ним взглядами. Вроде как лидер, но всё равно такой надменный. Ухлёстывая за Джо, тот лишь теряет самый смак, ведь в Жуках есть много очень привлекательных личностей помимо Мамы!

Рыча и фырча от недовольства, с каждой встречей Лоусон только всё сильнее недовольно плюхалась на свою кровать, скрипя зубами. Над её мыслями Змей только громко хохотал, Бетти крутила у виска, ну а Мишель просто в ништо была от смеха. Извините, но план-то рабочий! К тому же, плану по пикапу она была обучена, пусть и хреново, поэтому и могла сделать хоть какую-то попытку. Он выпускник, поэтому да кому какая хрен разница? Все забудут.

Но нет... Такой позор никто не забудет.

Медленно настигая Троя в самом обычном коридоре в самое обычное учебное время, Шел только попросила его наклониться. И... Отвесила ему смачного леща. От волнения. Потому что когда та взволнована, то бьёт себя по щекам. Но, видя его лицо рядом, его длинные пальцы, его широкие плечи, черты лица... Вся красная и чертовски смущённая, девушка пыталась сбежать с места преступления в надежде забыть о произошедшем. Но недовольная рука Лидера Шакалов цепко сжимал руку Солдата, которая только выкручивалась.

Слыша вокруг себя смех гиен, она была готова провалиться под землю. Готова была умереть, вспыхнуть, сгореть.

- Ну и что это было? - Суровый тон с мягкими нотками и желанием не заржать от ахуя. Приятно греет душу, но заставляет выпрямиться по струнке, что она и делает. Пиздец настигает её

- Просто...Я...эээ...нуу.....а.а.м.ам.м.а... - не в силах выдержать всего напряжения, та снова краснеет и этим же смешанным взглядом дикого животного смотрит на него. Охотника, который поймал зверя. Таким растерянным, диким, нервным, что его рука невольно менее яро сжимает её ручку, а глаза полностью устремлены в её.
И тишина. Невольная, неловкая и такая напряжённая. Увидев что-то в ней, тот не мог забыть эти чувства. В его лицо будто хлынул поток ветра, а в нос ударил запах леса. А она просто хотела сбежать в свой чудный мир, где всё идеализированно и не так плохо.

- Погоди... Шелли же, да?

Отредактировано Shelley Lawson (27.09.17 22:58:14)

#неслабо
Лиам и Деймон, я просто выбрал самое простое, что выпадало хыхыыы. и вообще я не умею писать такую херню упс

После пропажи Лиама проходит уже пять месяцев. Куча мыслей и ни одной зацепки, пока однажды посреди мая тот как ни в чем ни бывало возвращается. И он ждал, хоть чего-то. Но Данн, будто в упор его не замечал и игнорировал. Это раздражало. День. Два. Три. Пока нервы окончательно не сдают и Деймон просто не налетает в коридоре со всей силы заехав кулаком куда-то в скулу, сбивая очки. Завязывается драка, потому что Синоптик больше не лидер, и никакие рамки поведения не сдерживают его, потому что у Кроули уже просто сдают нервы, не говоря уже о том, что все время после пропажи лидера в голове не было ни одной светлой мысли. Потому что Данн стал больше ем соседом по комнате, лидером и даже больше чем другом. Бьет в лицо, уже не со всей силы, но ощутимо, практически усевшись сверху. Бьет, бьет, пока толпа вокруг увеличивается и на шумиху вот-вот подоспеет охрана и воспитатели. Но на это плевать. Потому что хочется кричать, до сорванного голоса.
- Просил блять доверять. Говорил, что не плевать. И что теперь? Какого хуя ты теперь делаешь вид, будто меня не существует. - Голос предательски срывается с крика на полушепот, Деймон до крови прикусывает и так уже разбитую губу, кровь капает куда-то на рубашку бывшего лидера, дыхание как после забега на стометровку. Сил не осталось. Как и желания продолжать. Просто падает рядом. Охрана прорывается сквозь толпу и обоих растаскивают, Лиама в мед.пункт, Кроули в изолятор.
Спустя несколько дней они снова пересекаются где-то в коридоре, опаздывая на занятия, буквально сталкиваются у дверей в кабинет.
- Прости. - Буквально бурчит под нос Деймон, отводя взгляд куда-то в дверной косяк и поджимая губы. Сам не понял, за что извиняется. Но все-таки выдавливает из себя это слово. И Лиам делает то, что окончательно добивает Деймона, прижимает к себе, игнорируя сопротивление, уткнувшись в макушку и прикрывая глаза.
- Я скучал. - Снова хочется кричать в голос. Но Дей только сильнее прижимается, стиснув зубы и думая, когда он успел стать такой истеричкой.

#неслабо я продолжаю делать ЫЫЫЫЫЫЫЫЫ
Шелли х Мирна
Копошиться в саду - любимое занятие Лоусон. Чувствовать в своих руках почву, щекочущие корешки растений, а также ощущать запах леса - это всё заменяло набеги на окрестности приюта, да и доставляло больше пользы. Действительно, у девушки было столько энергии и желания делать что-то, что она может! Ведь это прекрасно: многие вокруг замечали ухоженность садов, благодарили клуб садоводов и радостно сидели в кустах, стреляя друг у друга сигарку.

Этот томный летний вечер не обошёл стороной никого. Багровый румянец неба мягко опускался на землю, придавая ей особые романтичные краски. Сидящая в траве девушка, закрывая лицо руками, безвыходно сидела на траве, смотря, как лучи заката мягко целуют землю, а всё живое копошится, пытаясь успеть до заката солнца. Они каждый день такие взволнованные...

Она сидела там не просто так. Всегда, когда Шелли грустно, та приходит в сад, чтобы просто помолчать с собой. В такие моменты природа ложится спать и особенно тиха, в её голове только редко появляются голоса, которые страстно что-то шепчут перед сном. И этот грустный вечер остался бы самым обычным, если не шуршание над головой, звуки зажигалки и резкий запах сигарет.

Нынче в приюте было модно курить. Хотя, детей со способностями можно оправдать: их нервы не железные, а сигареты сохраняют им жизнь. К тому же, некоторым можно обкуриться сколько угодно, ибо они как тараканы, мрази те ещё живучие. Но женский аромат никак не мог правильно сопоставиться с запахом этих тяжёлых, даже удушающих сигар...

- Ты кто? - Лоусон, подняв голову, увидела курчавые каштановые волосы, заёбанные карие глаза и то выражение лица, которое не видел никто. Вау, это точно Мирна?

Та моментально закашляла и отскочила. Конечно, когда ты в своих мыслях, то достаточно жутко воспринимать что-то извне, особенно когда считаешь, что один. Шел помахала рукой и подозвала её к себе, чтобы та не волновалась.

- Не переживай, я никому не расскажу. Пусть это будет маленький секрет... - Мягко улыбаясь девушке, та только тяжко вздохнула. Сожжённая часть сигареты аккуратно сдулась на ветру, танцуя дикие пляски вместе с листьями и пылью.

Они болтали обо всём и ни о чём до самой луны. Де Лука делилась с ней сокровенными мыслями, словно те были лучшими подружками, а Шел рассказывала о своих чувствах, таких смутных, запутанных и непонятных. Найдя общий язык, девушки ощущали комфорт. Не тот, когда были один на один со своими мыслями и не тот, когда тонули в компании других личностей. Они наконец-то нашли то, чего так долго ждали: идиллию. И достичь её - значит выполнить свою цель в жизни. Точнее, одну из целей. Осталось удержать её.

Жуки никогда не запрещали встречаться с девушками или парнями, в отличие от Шакалов, да и они особо не скрывали свою симпатию. При каждой встрече обнимались, мило болтали. Но те самые моменты перед отбоем, когда между ними - огромный построенный Солдатами мир и одновременно ничего, слишком ценны, чтобы просто так показывать это всем. Можно сказать, в такие минуты они сильнее и слабее всех одновременно.

- Слушай, Мира, - Лоусон мило улыбнулась, притупив взгляд. Её "подруга" только внимательно смотрела на неё, затягивая сигару. - Можно?

Вскинув бровь, Де-Лу только пожала плечами, мол, раз ты так хочешь. Выпустив серые клубы дыма, девушка протянула ей сигару, внимательно и слегка недоверчиво смотря. Никогда не курила, а тут бац тебе.

- Нет, я немного не про это... - Запустив руку в волосы и мягко, едва касаясь большим пальцем её алых губ, Лоусон только сокращает расстояние между их лицами. Вторгаясь в личное пространство, нужно быть готовым ко всему. - Так можно?

Отредактировано Shelley Lawson (28.09.17 22:27:07)

#неслабо
Рэй и Салли

Что можно испытывать к человеку, лицо которого настолько смазливое, что желание врезать возникает при одном лишь случайном взгляде? Ненависть, раздражение, всю бурю самых негативных эмоций, какая только может кипеть в ядовитом котле с кодовым названием Рэйнард. И плевать, что там мог думать себе этот чертов блондин, плевать, что их встречи были скорее случайным стечением обстоятельств. А особую нелюбовь к белобрысому он питал только за принадлежность ко львам. Бунтарь и элитник не сочетаются от слова совсем.

Первый раз это была нелепая случайность, когда Рэя проходящего мимо задели плечом в коридоре. Он тогда ухмылялся, подумав что все пройдет очень даже легко, ведь с Лесли можно было сыграть в одну из любимых Рэем игр, "сделай из хоббита мячик". Какого же было удивление Змея, когда от удара в подбородок мало того, что увернулись, так посмели ударить в ответ. Тут появилось уважение. Жалкая капля, ведь мелкий блондин бросил вызов одному из самых отъявленных отморозков шакальей своры. Не повезло, тогда их растащили быстро, а Рэй остался с принятым в грудь ударом. Он желал кровавого возмездия. А ночь проведенная в одиночестве только усугубила положение дел.

Второй случай представился, когда он увидел блондина там, где по привычке нашел себе отдушину. В бойцовском клубе. Тут его уже никто не останавливал, а брошенная в лицо коротышки боксерская перчатка избавила от необходимости говорить. Вот там их никто не останавливал, Рэй даже улыбался, смотря в глаза противнику своим вечным прищуром. Но спарринг быстро перерос в потасовку, когда Змей слишком разошелся, наплевав на правила и честность. Все кончилось быстро, а Рэй вышел победителем. будто кто-то сомневался

В какой-то раз это был стадион. Снова случайность, во время игры в футбол. Мяч слишком не удачно попал в голову Змею. Конечно виноват Салли. Конечно в ход пошли кулаки, ноги, локти, даже больная голова. Они упали, сцепившись, кружились по земле словно рассорившиеся любовники, щедро даря друг другу сильные удары, выбивая воздух из легких. Салли везло, что он был слишком юрким, ведь за место лица, кулаки Рэя периодически встречали землю. Рычания и проклятия, а на них уже смотрели и спорили, когда это Рэй вырубит своего ненавистного врага, окружив сцепившихся кругом. Все закончилось, когда физрук вмешался, растащив обоих, словно малых котят. Правда оба осыпали друг друга проклятиями.

Так и продолжается по сей день, стоит только одному задеть второго и активировать взрыватель. Вот такая любовь между шакалом и бывшим львом.

#неслабо 
Рэйнард и Шелби

Это охренеть как весело. Семейка Лоусон близка Змею почти вся и если Шелли его люто ненавидит и мечтает отпинать, то Шелби, вечно притягивающий передряги ему по душе. Все просто, он влипает, Рэй приходит разбираться. Бухнуть, вычудить что-то вместе, как нехрен делать. Этот парень почему-то располагает к себе не хуже, чем стакан вискаря, оказавшийся в руке. Серьезно. Столько приключений и веселухи, по вине одного из этой чокнутой семейки. Вроде Шелли против столь тесного общения Змея с ее братом? Шелли катится колобком, получив хорошего пинка от Змея во время тренировки. Шелли орет, выказывая недовольство, Шелби и Змей опять в дрова и творят какую-то херню. А еще эта жучиная тварь не затыкается, от чего часто раскалывается голова. Ну и что, кто-то должен говорить много и не по делу, почему бы и нет? Пусть ворочает языком, пока Змей приканчивает содержимое стакана, ловко уведенного из под носа болтуна. Шелли опять где-то на горизонте, недовольна. Она грызет голову Змею, а он, словно на зло, учит ее брата плохому. Шелби, хочешь ширнуться по вене или ускорится? Тебе будет по кайфу. Змей научит, Змей умеет. А еще вокруг Шелби веселые слухи, это полезно. Осталось только свести его с той самой снежной королевой или еще кем-то из списка самых сексуальных и горячих. Шелби заслужил, ведь Рэй смело назовет его другом. Умение попадать в приключение ценится и объединяет. А, к черту все, вам просто снова пора бухать и выводить Шелли.

#неслабо: Салли х Руби
(чисто ради авторитетов, сорян за бред)
Мне глаза выколи с криком «BANZAI!»,
Или сам выдавлю с криком «СУКА!»
Красота мне твоя вынесла мозг,
В хлам разнесла, как базукой.
Я так мудро мирился с чертами лица,
А теперь раздавлю, как окурок...

Хиллтон терпел: много чего терпел в своей жизни, много на что закрывал глаза, не обращая внимания на оскорбления, высказывания, ругань. Салли продолжал терпеть: терпел все быдловатые выходки Хикс, все её слова, всю её, с её невыносимым характером и, до блевотины, прекрасное тело...

Когда началось это безумие? В какой момент он потерял остатки своего мозга и стал таким придурком, что готов был ринуться в бой или надавать по чей-то особо пидорской харе, если те только начинали говорить с Руби? Парень долгое время думал, что это лишь очередной пранк собратьев-Жуков, что подсунули ему любовное зелье или чего похуже... но нет. Полюбил он эту дрянь, хотя сам того не понимая, всё продолжал вести с ней игру, обливая друг друга благими матами и чуть ли не начиная махач из-за каких-нибудь пустяков.

Но Салливан, не так давно, узнал и другую стороны девушки. Помимо драк, она готовила, нормально веселилась с другими и любила оригами. Будто пытаясь позлить её, наш иллюзионист воссоздавал цветные оригами, разных размеров и фигур. Хикс смотрела на него с подозрением, щурилась, задавала свои сраные вопросы этим вот сладко-мягким голосом. Бесит-бесит-бесит, Салли хотелось набухаться, обдолбаться, лишь бы не слышать, как Руби произносила его имя: всего пять букв, но из ее уст это звучало омерзительно, словно это было не имя, а какое-то шипение полудохлой змеи посреди Сахары... и тем не менее, он наслаждался этим, чертов ублюдок.

— Съебал

— Пошла на хуй

И так изо дня в день. Былой Лев, защищающего шакала от внешних невзгод, в надежде самому перегрызть ей глотку...

#неслабо
Лиам и Леон
односторонний юст

Синоптику всегда нравились рыжие и всё, что выходит за рамки понятия "нормальный". И его одноклассник, больше похожий на пирата, чем на воспитанника приюта, не был исключением. Симпатия перерастает в нечто большее, когда Синоптик осознает, что перед ним лидер Теней. Привычка собирать информацию на тех, кто представляет хотя бы какой-то интерес, на этот раз подводит. Лучше было бы не знать. Лучше было бы и дальше думать, что Леон просто веселый добродушный парень, яркий и болтливый. И не настолько умный, чтобы возглавлять самую страшную банду приюта.
Он больше не может смотреть на Леона как прежде.
И чувствует себя полным идиотом, когда понимает, что все это время Руссо водил его за нос. Да что его! Всех. Он больше не может наблюдать за ним со скрытым восхищением, к интересу примешивается досада и сдержанное раздражение. Синоптик очень не любит, когда кто-то выставляет его дураком.

#неслабо. Эндрю и Кейдж. Постканон на несколько лет. простите, я не хотел

У Кейджа в руках шелестят страницы,
в тишине - как осенний гром.

"От Эндрю веет Канзасом и солнцем, печеньем и крышей, подсолнухами и травой."

От него веет теплом
и дорогой домой.

От блокнота осталось немного, Кейдж хочет заполнить его целиком.
Вечерами выводит строчки, прислоняясь к кровати спиной.

Это - о том, что важно. Это - о том, что не хочешь забыть.

"Он умеет так улыбаться, что внутри что-то горько щемит.
У него глаза - тёмный дуб и мох,
у него на крыльях - раскраска, витраж - коричневый и золотой.
У него на щеках - космос и млечный путь.
Под рубашкой, наверное, тоже,
но мне-то не заглянуть"

"У него улыбка и дырки
в обоих ушах,"
Кейдж устало смеётся. И если бы вслух, то вышло бы
"я не хочу его забывать"

Эндрю перед глазами - будто бы здесь и живой.

"Вечер ложится неровно, падает тень на лице. Ему почему-то идёт - совсем не так же, как мне."

Солнце сползает вниз, краем своим горит.

И тогда кто-то из них говорит.

То ли это мы легенды творим,
то ли это легенды тебя творят.

А сейчас -

Ты выбираешь сторону,
сторона выбирает тебя.

Иногда - не та.

Тем, кто глупо попался, уже не увидеть свет. Из них выбивают данные, координаты
и тайны, на которые Кейдж не знает ответ.

Воспоминания вовсе не пахнут, то, что в них было - весной, травой. Крышей, звёздами, плёнкой, зимой.
Кровью, бинтами и страхом - но это было потом.

Из угла что-то смотрит - янтарно и зло, забирает жизнь на себя. В неволе взращённая тень. Кейдж машет рукой и отходит, потому что там. ничего. нет.

Кейджу кажется, он попал в сумасшедший дом, Кейджу кажется, всё это дурной сон. К сожалению, Кейдж понимает -
это вовсе не он.

Стены смыкаются над головой, он уходит в блокнот.

Кейдж исписывает страницы воспоминаниями прошлых дней. Пишет о тех, кого помнит, о смелых и сильных, о лгущих и честных, в конце концов, о мёртвых и о живых.
И кто-то там проступает немного чаще других.

В воспоминаниях стыло и пряно, звёзды меняют собой закат. Что-то на кончиках пальцев помнит лучше него, в ладонях теплеет мрак.

Понимаешь. Любая сказка - она всегда о любви,
даже если кажется, что о смерти.

Из кого-то сказка творит героев, из кого-то - узников на века. Кейдж смотрит туда, где должно быть окно, но там сплошная стена кирпича.

В этом мире тяжело летать против ветра, наверное.

Кейдж и не знает, сколько
лет уже этой песне. Может быть, только восемь. Может быть, сразу двести.

Время тянется медленно, в камере дни не сменяют ночи. Со временем кажется, что они становятся всё короче.

Воспоминания слепы, память весьма коротка.
Воспоминания дряхнут, Кейдж забывает слова.

И ради тех, кто жив,
он оставляет в блокнотах себя.

Отредактировано Isaac Moore (02.10.17 23:09:16)